Гламур - Страница 91


К оглавлению

91

Она уменьшила газ, закрыла кастрюли крышками и сказала:

– Порядок. Через десять минут обед будет готов. А потом давай прогуляемся.

6

Днем шел дождь, но вечер выдался ясный. Проносились автомобили, оглашая ревом влажно блестевшую улицу. Они миновали несколько пабов, прошли мимо открытого допоздна газетного киоска, оставили позади индийский ресторан с голубой неоновой вывеской. Вскоре они уже шли по широкому тротуару мимо жилых домов на склоне Крауч-Хилл. Внизу сверкали огни северного Лондона. Над головой авиалайнер с яркими бортовыми огнями пересек небосклон и начал снижаться, направляясь на посадку в Хитроу, в нескольких милях к западу.

– Мы идем куда-то в определенное место? – спросил Грей.

– Нет, все зависит от тебя.

– Как насчет того, чтобы обойти квартал и вернуться назад, к тебе?

Сью остановилась под фонарем.

– Ты говорил, что желаешь доказательств. Я могу их представить. Готов ли ты после этого принять правду такой, какова она есть?

– Если доказательства будут вескими.

– Будут. Посмотри на меня, Ричард. Ты видишь во мне что-нибудь особенное?

Он оглядел ее в ярко-оранжевом свете натриевой лампы.

– Ты выглядишь совершенно обычно при этом освещении.

– Я невидима с тех пор, как мы вышли из дома.

– Сью, но я же по-прежнему могу тебя видеть.

– Зато остальные не могут. И вот что я намерена сделать: сейчас ты тоже станешь невидимым, а потом мы заглянем в один из этих домов.

– Ты это серьезно?

– Вполне.

– Ладно, но загвоздка во мне.

– Ничего подобного. – Она взяла его за руку. – Теперь ты тоже невидим. Все, к чему я прикасаюсь, становится невидимым.

Он не мог удержаться и оглядел себя: грудь и ноги, все на месте. Мимо, мигая левым поворотником, промчался автомобиль и окатил их дождем мелких брызг.

Сью сказала:

– Ни один человек не может нас видеть. Единственное, что ты должен делать, – это держать меня за руку. Не отпускай руку, что бы ни произошло.

Она еще крепче сжала его ладонь.

– Отлично, теперь выбирай дом.

Ее голос стал очень серьезным и звенел от возбуждения. Грей почувствовал, как ее волнение передается ему.

– Как насчет вон того?

Они оглядели дом. Почти все окна были темными, только на верхнем этаже сквозь занавески пробивался слабый красноватый отсвет.

– Похоже на многоквартирный дом, – сказала Сью. – Давай поищем другой.

Сью с Греем двинулись дальше, держась за руки и вглядываясь в окна. Они подходили к парадным дверям, но возле каждой было несколько звонков и висели списки жильцов. Сью предложила поискать еще. Чем больше квартир в доме, тем больше запертых дверей внутри. В конце квартала они наконец увидели то, что искали, – дом с неосвещенным крыльцом и единственным звонком. За занавесками гостиной голубовато светился экран телевизора.

– Этот подойдет, – сказала Сью. – Будем надеяться, что заперты не все двери.

– Я думал, придется разбить окно.

– Мы можем делать все, что угодно, но я предпочитаю ничего не портить.

Они вошли в сад и двинулись вдоль дома по узкой дорожке, осторожно пробираясь мимо вымокших деревьев и кустарников. Комната первого этажа на задней стороне дома была ярко освещена лампой дневного света. Сью толкнула дверь, и та легко поддалась.

– Мы можем пробыть в доме долго, – сказала Сью. – Ни в коем случае не отпускай руку.

Она широко распахнула дверь и вошла. Грей, шедший следом, закрыл за собой дверь. Они попали на кухню. Две женщины стояли у стола, прислонившись спиной к столешнице, одна держала на руках спящего младенца. На другом столе перед ними стояли два дешевых стеклянных стакана с пивом и пепельница, в которой дымилась недокуренная сигарета. Ребенок постарше, в грязном подгузнике и замызганной рубашонке, сидя на пластиковых плитках пола, играл с машинкой и деревянными кубиками.

Державшая младенца женщина говорила:

– … но когда мы вошли, они повели себя так, будто мы какие-то отбросы, и тогда я сказала ему, не смей разговаривать так со мной, но этот негодяй посмотрел на меня так, словно я гряз…

В тесном помещении Грей чувствовал себя великаном. Ему захотелось скорее протиснуться мимо этих двух женщин, не задев их ненароком, но Сью подошла к раковине и открыла кран холодной воды. Струя с шумом обрушилась на гору немытой посуды в раковине. Брызги разлетелись по сторонам, несколько крупных капель упало на пол возле ребенка. Он взвизгнул и отполз в сторону. Продолжая слушать рассказ подруги, вторая женщина обошла вокруг стола и закрыла кран. На обратном пути она взяла из пепельницы сигарету и сунула ее в рот.

Сью сказала:

– Хочешь посмотреть, что показывают по телевизору?

Грей вздрогнул, потому что она заговорила в полный голос. Однако ни одна из женщин не обратила внимания. Продолжая крепко сжимать руку Сью, он вышел из кухни, и они очутились в коридоре, который вел в переднюю часть дома. Возле стены громоздились друг на друге три большие картонные коробки с бутылками, под лестницей стояла пара старых велосипедов, прислоненных к перилам. Сью открыла еще одну дверь, и они вошли в комнату.

По телевизору показывали футбольный матч, звук был включен на полную громкость. В комнате было тесно. Все присутствующие – взрослые мужчины и молодые ребята – сидели в одинаковых позах, упираясь руками в колени, и, не отрываясь, смотрели на экран. Мужчины пили пиво, некоторые курили. В воздухе висел густой дым. Сидящие в комнате бурно реагировали на перипетии матча и слова комментатора. Англичане играли с голландцами и, похоже, проигрывали. Насмешки и издевательские выкрики раздавались всякий раз, когда англичане теряли мяч; впрочем, когда мяч переходил к голландцам, свист и гомон делались еще громче.

91